Африке не нужны короли, у неё достаточно королев. Они бунтуют, сбегают из дома, они говорят от имени своих народов. Они оберегают традиции и задают моду. Они получают престижные международные премии, выступают на сценах крупнейших фестивалей. В конце концов, они красивы.

Африканская женщина на сцене — зачастую не просто музыкант, а общественный деятель, борец за права угнетенных, благотворитель и посол своего народа. Выборка «лиц» в этой статье, разумеется, субъективна. Кроме очевидных легендарных див, аккумулирующих в своем творчестве целые эпохи, здесь и современные исполнительницы, представляющие разные страны и культурные традиции и формирующие музыкальный контекст новой Африки.

СЕЗАРИЯ ЭВОРА (Босоногая дива)

«Обычная женщина. Не слишком счастливая. Не богачка, не красавица — просто женщина, каких миллионы. Я, наверно, только тем и отличаюсь, что благодарю жизнь за все. Даже если это «все» — боль и одиночество».

Немало сказано о её голосе, в котором будто бы звучит мудрость и усталость всего человечества, и меланхолия, и дыхание ночного неба над океаном. Босоногая дива, выросшая в бедных кварталах на Островах Зелёного Мыса, купившая свои первые туфли, когда ей было сорок лет, неожиданно для себя самой стала легендой.

Говорят, чтобы послушать Сезарию Эвору, Мадонна однажды отменила собственный концерт. Её поклонниками были Дэвид Боуи и Горан Брегович. Говорят, что ей удавалось полностью финансировать систему образования и здравоохранения в родной стране.

За альбом «Сезария», вышедший в 1995 году, певица получила Грэмми.

У неё была непростая жизнь — неприкаянность детского приюта, пение в кафешках, дети от разных отцов, которые исчезали. А потом — бесконечные гастрольные туры (в конце жизни Эвора давала по сто концертов в год).

И всё же она говорила:

«Жизнь похожа на проволоку, на которой ты балансируешь. Я не хочу с нее сорваться, даже если там, внизу, ослепительное счастье».

Сезария Эвора исполняла песни в жанрах морна и коладейра. Это чисто кабовердианские жанры: португальские колонисты «завезли» сюда свою фаду и бразильскую босанову, эти стили смешались с местными прихотливыми ритмами — и получились медленные грустные морны и подвижные, но по-прежнему грустные коладейры. Они говорят о расставании с родным домом, прощании с рыбаками, уходящими в море, о несчастной любви. Морна по-португальски значит «мягкий», «теплый», а по-креольски — «слово». И не зря одно из самых часто используемых слов в этих песнях — «sodade» — тоска:

«Ты как звезда на небе, Ты как прохладный песок с морского дна, О нищая страна, где цветет любовь, Где звучат морны и коладейры, О, какая тоска, тоска без конца! Моя маленькая страна, я так тебя люблю!»

МИРИАМ МАКЕБА (Мама Африка)

«Я смотрю на муравья и вижу себя: уроженец Южной Африки, наделенный силой, намного превышающей мои размеры. Так я могу справиться с бременем расизма, который сокрушает мой дух».

Мириам Макеба была настоящей первопроходчицей, проложившей дорогу африканской музыке на другие континенты. Её гражданская деятельность в 1960-е годы была чуть ли не ярче музыкальной. За границей она активно пропагандировала африканскую музыку и не менее активно выступала против апартеида. За это певица была лишена гражданства ЮАР и долгие годы не могла вернуться на родину. Западный мир поддержал её — десять стран предложили своё почётное гражданство.

При этом Макеба говорила: «Я не политический певец. Люди думают, что я сознательно решила рассказать миру о том, что происходило в Южной Африке. Нет! Я пела о своей жизни, дома мы всегда пели о том, что с нами происходит, особенно о том, что нам больно».

Она исполняла африканские песни в джазовых обработках, а джазовым стандартам придавала африканский оттенок. Пела на многих африканских языках — свази, коса, цвана, суахили.

В 1966 году Мириам Макеба (вместе с Гарри Белафонте) получила Грэмми за альбом «An Evening With Belafonte/Makeba». Пластинка, посвящённая угнетению чернокожего населения Южной Африки, сделала Макебу первым африканским артистом, получившим престижную премию.

Мама Африка вернулась в ЮАР в 1990 году по приглашению Нельсона Манделы — и стала кумиром, наставницей и вдохновительницей новых поколений молодых африканских музыкантов.

Мириам Макеба умерла от сердечного приступа на концерте, исполняя свой главный хит «Pata Pata».

АНЖЕЛИК КИДЖО

«Они обвиняют меня в том, что я звучу не по-африкански. Да кто они такие, чтобы рассуждать о том, как должен звучать африканец?!»

Сильная и бескомпромиссная, волевая и дерзкая Анжелик Киджо — главная звезда современной африканской музыки на международной сцене.

Её называют наследницей Мириам Макебы. Африканские темперамент и чувство ритма в её музыке сочетаются с жестким интеллектуальным началом. Да, это не просто певичка — она носит звание почетного доктора Йельского университета, музыкального колледжа Беркли и колледжа Мидлбери, а также является мастером джаза Гарвардского университета.

Филипп Гласс написал специально для неё цикл «Три песни на языке йоруба».

Свой западноафриканский вокал она умело и со вкусом внедряет в любые стилистики — от джазовых стандартов или танцевальной электронщины до европейской классической музыки. Осуществляя такие кросс-культурные эксперименты и фьюжн-сплавы, она жестко настаивает на том, что её искусство — это искусство африканское, способное расширяться, впитывать и преломлять любые веяния. Анжелик Киджо уверяет, что с помощью творчества она возвращает Африке все, что было заимствовано и присвоено другими культурами.

«Музыкальная сцена сильно изменилась. Так что вы должны быть мутантом. Вы должны все время мутировать, меняться и развиваться», — так она говорит.

Анжелик Киджо сбежала из коммунистического Бенина в 16 лет и поступила в Парижскую школу джаза. За три десятилетия карьеры певица выпустила шестнадцать студийных и концертных альбомов в разных жанрах. Она сотрудничала с Алишей Киз, Питером Габриэлем, Боно, Карлосом Сантаной, Джоном Леджендом, Джошем Гробаном.

Обладательница трех «Грэмми» (2008, 2015, 2016), Киджо поёт на пяти языках: английском, французском, а также африканских фон, йоруба, ген (мина). Но этого неугомонной африканке мало: у неё есть песни на придуманном ею несуществующем языке (например, «Batonga»). Так же называется и её собственная благотворительная организация (Фонд Батонга), которая помогает девочкам по всей Африке получить среднее и высшее образование.

Кроме того, Киджо работает с ЮНИСЕФ, Оксфам и Африканским союзом, участвует в благотворительных концертах и церемониях. Она ездит с просветительскими кампаниями в бедные страны, затрагивая проблемы от противодействия столбняку и малярии до искоренения жестокого ритуала женского обрезания. Она всегда высказывается прямо и смело. Так, из Зимбабве её выслали, за то, что назвала президента Мугабе «монстром».

О своём альбоме EVE, посвященном женщинам Африки, Киджо говорит:

«Даже в самых ужасных ситуациях вы не можете погасить в них свет любви. Это альбом о гордости и силе, которые спрятаны за улыбками».

УМУ САНГАРЕ

«Я начала петь в глубоком детстве и всегда знала, что придет день, когда я возьму микрофон и первое, что сделаю перед толпой — выражу негодование в отношении мужчин, у которых по четыре жены, с которыми они обручились без их согласия! Были люди, которые говорили, что я сошла с ума. Я отвечала, что иногда надо сойти с ума, чтобы изменить мир».

Обладательница двух «Грэмми», лауреат премии ЮНЕСКО за обогащение и развитие музыки, Уму Сангаре — самая яркая представительница жанра вассулу. По сути это бленд из древних ритуальных охотничьих напевов и современной музыки, в основе которого — пентатонические лады.

Сангаре и выглядит как жрица какого-то устрашающего культа. Решительный и страстный вокал на фоне охотничьей арфы производит исключительное впечатление.

В качестве сопровождения певица предпочитает использовать традиционные африканские инструменты — джембе, скрипкоподобный струнный инструмент соку, 6-струнную арфу камален нгони, кариньян — перкуссионный инструмент из металлических труб. С их помощью она добивается исключительно современного, даже урбанистического звучания. Отлично слышны народные щипковые инструменты в таких треках как «Kamelemba» и «Fadjamou».

Эта внушительная деловая женщина открыла в Бамако отель «Вассулу», все номера в котором названы именами выдающихся музыкантов Мали.

Она точно знает, о чём хочет сказать и продолжает настойчиво бить в одну точку. Её песни — это протест против притеснения женщин. Под прицелом — многоженство, насильственные браки и общество, в котором женщина является рабыней своего мужа.

В мрачном треке «Yere Faga» затрагивается тема суицида:

БИ КИДУДЕ

«Музыка — это моя жизнь. Если я перестану петь, как я выживу?»

Эта удивительная женщина отметила свой столетний юбилей торжественным завершением сценической карьеры. Би Кидуде родилась в семье торговца кокосами. В десятилетнем возрасте она бросила школу и сбежала из дома ради благороднейшей цели — чтобы научиться играть на барабанах. С барабанами не сложилось, зато юная Кидуде начала петь таараб. Она тщательно оттачивала мастерство и к 70 годам стала знаменитостью.

Таараб – арабское слово, означающее «радоваться жизни с помощью музыки», жанр сочетает североафриканские, ближневосточные и индийские традиции музицирования. Энергичный сольный вокал звучит в сопровождении ансамбля народных инструментов и группы бэк-вокалистов — изобилие и роскошь. И это неспроста: говорят, что стиль был придуман султаном Занзибара Баргашем ибн Саидом.

До самых преклонных лет Би Кидуде обожала сигареты и имела незаурядное чувство юмора.

В 2005 году она получила престижную премию WOMEX за выдающийся вклад в культуру Занзибара и была названа «культурным посредником и советником молодого поколения, символом освободительной и укрепляющей силы мировой музыки».

ФАТУМАТА ДИАВАРА

«Не пой, чтобы просто петь. Пой, чтобы изменить вещи, чтобы сделать вещи лучше».

Эта красавица пела с Полом Маккартни и играла с Фли. Каждое интервью она использует как возможность для озвучивания постулатов своей миссии. Её речи — сплошное послание любви, она вещает (по-другому и не скажешь) о единстве, о том, что все люди братья и прочая и прочая.

Как и все наши героини — Диавара ещё тот бунтарь. Выросшая в семье с одиннадцатью детьми, в 19-летнем возрасте она сбежала из дому, чтобы не выходить замуж по воле родителей, и влилась в труппу французского уличного театра Royale de Luxe. Умело уйдя от преследования полиции, которая разыскивала её по запросу родителей, молодая певица начала путешествовать по миру.

Фатумата Диавара поёт на языке бамбара. Деликатно, тихо, гипнотично, не форсируя и не переходя на крик. Текучие и тягучие непрямолинейные мелодии со множеством мелких изгибов как бы проявляются из царства полутеней сквозь её хрипловатый голос. Когда она выступает одна, то изысканно аккомпанирует себе на гитаре.

Последние годы она находится в почти непрекращающемся концертном туре.

Тематика её песен — смирение и любовь, скитания вдали от родины, воспевание семейных ценностей и размышления о том, как построить лучший мир для детей.

Песня «Timbuktu Fasso» стала саундтреком к фильму «Тимбукту» мавританского режиссера Абдеррахмана Сисако (лента была выбрана для участия в основной конкурсной программе 67-го Каннского кинофестиваля) Фатумата Диавара сыграла в нем одну из главных ролей.

НУРА МИНТ СЕЙМАЛИ

«Вера, надежда и сострадание - это элементы, которым я всегда стараюсь дать звучание в моей музыке».

Сахарский фанк, мавританский психоделический рок — как только критики ни называли музыку, которую исполняет Нура Минт Сеймали со своей группой. Она поёт и играет на ардине (9-струнной традиционной арфе для женщин-гриотов), её муж Джейш Ульд Чигали — на гитаре и тидините.

Талантливая девушка из музыкальной семьи (отец – композитор, мачеха Дими Минт Абба — одна из самых знаменитых певиц своей страны, известная как «дива пустыни») начала сочинять музыку с 13 лет, тут же отправилась на гастроли с семьёй и попутно обучалась игре на ардине.

Сочетая древние традиции гриотов с современным звучанием, Нура Минт Сеймали гастролирует по всему миру и выражает эстетику новой, постоянно меняющейся Африки.

УММ КУЛЬСУМ (Соловей Нила)

Икона египетской вокальной школы, автор песен, актриса. Умм Кульсум считается самой выдающейся арабской исполнительницей ХХ века.

Она выросла в семье имама и, говорят, знала наизусть весь Коран.

Критик Мустафа Махмуд говорил о ней так: «Для сплочения арабского мира Умм Кульсум была более значима, чем тысячи авиалиний, она была важнее, чем тысячи железных дорог и телефонных линий. Сядьте в машину ночью во время ее концерта и прокатитесь по странам арабского мира — вы легко сможете определить его границы».

Пик популярности певицы пришёлся на 1950-е. Король и президент Египта, конфликтующие между собой, по очереди восхищались её талантом и вручали ей знаки отличия. А политические речи президента Гамаля Абделя Насера часто транслировались по радио сразу после её песен — чтобы добиться максимальной аудитории.

Когда певицы не стало, на улицы Каира в знак скорби вышло около 4-х миллионов человек.

Интересный факт: на аукционе в Дубае в 2008 году любимое украшение певицы — девятирядное ожерелье из 1888 жемчужин, подаренное певице шейхом Заидом ибн Султаном Ал Нахъяном, было продано за 1,38 миллионов долларов.

Нам, с нашими европейскими ушами, слушать подобное довольно проблематично, но арабы сходят с ума от её сочного контральто не меньше, чем битломанки на концертах ливерпульской четверки.

РОКИА ТРАОРЕ

«Человечество — это то, к чему оно стремится и во что одевает раны мира».

Дочь дипломата, девушка из высшего общества, Рокиа Траоре по традициям своего народа не должна была исполнять музыку (это прерогатива касты странствующих музыкантов — гриотов). Но она всегда была путешественницей — с самого детства вместе с родителями курсировала по разным странам — Алжир, Саудовская Аравия, Франция, Бельгия. И с ранних лет ощущала себя музыкантом и послом африканской культуры.

В 2009 году Рокиа основала культурно-просветительский фонд Fondation Passerelle, цель которого — развеивание негативных стереотипов по отношению к африканцам и демонстрация их богатого культурного наследия. Один из своих альбомов, вышедший в 2013 году, она так и назвала — «Beautiful Africa».

Эта девушка с внешностью инопланетянки ретранслирует песенные традиции народа бамбара — вне зависимости от того, играет ли она на электрогитаре или поёт в сопровождении ансамбля народных инструментов:

«Меня переполняют эмоции, которые я выражаю в музыке. Для меня музыка – это способ быть свободной и в жизни, и в творчестве. Вне музыки я не могу быть тем, кто я есть».

ННЕКА

«Я жила с наркоманами. Я жила с безразличными детьми. Это не было мое место, но именно там я нашла себя».

Её музыку называют «воплощением черного опыта через музыкальные чувства континентальной Европы». Она поёт на английском, а также на языке народа игбо, населяющего юго-восток Нигерии. В переводе с игбо её имя означает «Мать превыше всего».

Дочь немки и нигерийца, Ннека до 19 лет не была знакома с собственной матерью и росла в семье отца — с его несколькими женами и множеством детей в нигерийском городе Вари. Впервые она ощутила страсть к музыке, когда пела в церковном хоре.

В 18 лет Ннека переселилась в Германию, где окончила факультет антропологии Гамбургского университета и начала сочинять музыку — под влиянием регги Боба Марли, нью-соула Эрики Баду и поп-рэпа в стиле Нене Черри.

Эмоциональный фокус ее песен — где-то между тоской и яростью. Сквозь тексты прорастают автобиографические — и нигерийские, и европейские — мотивы. Она протестует против войны, нужды и бедности и много говорит о революции духа: «Это мирная революция. Чтобы вырасти, вы должны измениться изнутри. Я использую музыку, чтобы трогать людей. Чтобы их душа подчинялась их духу».

В 2009 году Ннека стала обладательницей награды британской музыкальной премии Music of Black Origin Awards в категории «Лучшая африканская певица».

АЗИЗА БРАХИМ

«Традиционные темы музыки моих народов были связаны со свободой кочевой жизни. Однако сегодня, по иронии судьбы, большинство членов моей семьи выживают в лагерях беженцев в Тиндуфе».

Азиза Брахим родилась в лагере беженцев сахрави, во время войны в Западной Сахаре, откуда её семья убежала, спасаясь от марокканской оккупации.

Сейчас её называют королевой пустынного блюза. Она поет и играет на табале, традиционном ударном инструменте сахрави, и делает все возможное для сохранения традиций музицирования своего народа.

Название её последнего альбома — «Сквозь Хамаду». Хамада, известная также как Сад дьявола, — это скалистая пустыня на юго-западе Алжира, в которой более сорока лет живут беженцы.

По словам певицы это «идеальная территория для блюза; бесконечный источник печали и грусти. Мы выжили там только благодаря настойчивости нашего справедливого дела»:

АША

«Я не верю, что для того, чтобы добиться перемен, нужно бунтовать, протестовать или быть разрушительным».

Самая молодая из наших героинь, Аша родилась в Париже, где её родители обучались кинематографическому мастерству, а затем вернулись домой в Нигерию. У родителей была огромная коллекция музыки, собранная ими для работы. Она выросла, слушая записи Марвина Гэя, Фелы Кути, Боба Марли, Ареты Франклин, Нины Симон и Мириам Макебы. Аша – значит «ястреб» на языке йоруба.

Сейчас она автор трёх студийных альбомов — Aṣa (2007), Beautiful Imperfection (2010) и Bed of Stone (2014). Тематика альбомов меняется — от хлестких политических мотивов до любовной лирики. Но все они пронизаны одухотворенным обволакивающим мягким вокалом певицы.

Аша вернулась во Францию ​​в возрасте 20 лет, чтобы учиться в школе джазовой музыки IMFP, однако педагоги сказали, что она не нуждается в обучении и вполне готова к самостоятельной творческой деятельности. Вернувшись в Нигерию, молодая певица записала свой первый сингл «Eyé Adaba».

Она говорит:

«В Нигерии есть надежда, энергия, эмоции ... но там все сложно! Там нужно работать в десять раз больше, чем в Европе. Когда я приехала во Францию, мне было очень одиноко. Но я прошла через это. Космополитический город привел мир к моему порогу, и это культурное разнообразие подпитывало мою музыку».

katacult_brave-factory2019_banner--1-