Теперь в Северодонецке Луганской области словосочетание «Завод сопротивлений» будет означать не только название предприятия, некогда выпускавшего резисторы, но и одноименный рейв, прошедший здесь в минувшие выходные.

Европейские диджеи, украинские современные художники, качественный звук и свет, промышленные площади, используемые «не по назначению» —  идеальные ингредиенты для вечеринки, которая вполне могла не случиться за 90 километров до оккупированного Луганска. Но она случилась, и наш корреспондент о ней рассказывает.


Один из лучших лайнапов

«Я понимаю, вы развиваетесь, но за что 100 гривен? У вас тут что, какие-то услуги есть? У вас что, караоке есть?», — в полчетвертого утра возмущались посетители вечеринки.

Оказалось, они даже не дошли до самого события — ошиблись дверью или, скорее, звуком. Незадолго до того, как компания поднялась на третий этаж, британец Dank Hank решил порубить нойз в дальнем коридоре третьего этажа. Услышав странную музыку и увидев не больше десятка слушателей, парни поспешили ретироваться.

В это же время на «основной сцене» играла Raketka из Минска и танцевало около сотни человек.

Вечеринка «Завод Сопротивлений», организованная северодонецкой организацией «Арт-резиденция „Плюс/Минус“» и латвийско-британской техно-формацией Ritmika, была для Северодонецка первой сразу по трём параметрам — первая с европейскими диджеями, первая в индустриальном пространстве и первая, связанная с современным искусством.

«Когда пришла идея организовать рейв, то я уже знал, кого хотел бы пригласить. В первую очередь я подумал о том, музыка каких артистов мне нравится и кто подошел бы к этому месту и друг к другу. Второй фактор — чтобы они сами хотели приехать, тем более, на предложенных условиях, потому что мы не могли себе позволить высокие гонорары. Но все получилось, я очень доволен. Это один из лучших лайнапов, которые я составлял», — рассказывает организатор рейва Зэ Упитис, латвиец, живущий в Лондоне и представляющий техно-формацию Ritmika.

Северодонецк синусоидный

Наиболее известный музыкант лайнапа — Korridor из Стокгольма. Перед этим он выступал в Барселоне, дальше его ждут вечеринки дома и в Лондоне.

«Он довольно знаменитый артист, но у него нет требований примадонны, — говорит Зэ Упитис. — Он готов ехать туда, где интересно. У нас с Korridor есть общая история, мы звали его на пати в Берлине, и тогда он впервые играл за пределами Швеции. Поэтому он приехал за минимальный гонорар. Ну и, конечно, он такой человек, который не побоится сюда приехать, которому, наоборот, интересно».

«Прежде всего я здесь потому, что меня пригласили, — объясняет Korridor. — Кроме того, это интересно — побывать там, куда ты бы скорее всего не поехал, как, например, это DIY-мероприятие. Такие события очень важны для сцены и для музыки. Да, возможно, я не получу за это высокий гонорар, но какая разница? Музыка имеет значение. Месседж имеет значение».

«Так а в чем месседж?», — уточняю я.

«I believe in the sinusoid, — говорит Korridor и для убедительности переходит на русский язык, — Я веру в синусойду».

Музыкант считает синусоиду фундаментальным законом Вселенной: все колеблется от низкого уровня к высокому — и наоборот. Атмосферу в Северодонецке Korridor называет eerie, то есть, жутковатой, мрачной.

«Мне нравятся заводы, нравится изучать город. Люблю ходить по этим странным фабрикам, люблю их ужасные запахи. Сейчас мы находимся на Заводе сопротивлений, и это для меня тем более интересно, потому что я тоже имею отношение к электронике: делаю синтезаторы или ремонтирую какие-то устройства».

От британского андеграунда северодонецкому

Артист противоположного спектра — Dank Hank, сооснователь Cheeky Soundsystem. Это группа музыкантов, которые живут коммуной, строят звукосистемы и проводят нелегальные вечеринки на своём складе в Южном Лондоне. Он практически неизвестен за пределами британского электронного андеграунда. Даже свой канал на Soundcloud он создал за неделю до рейва в Северодонецке. Единственный трек, который там есть, называется «3C [т.е. Завод сопротивлений] Teaser Mix».

«Я никогда не был в Украине и вообще в этой части Европы, так что я захотел принять в этом участие. Да, многие говорили мне: «Что ты делаешь?!» Но наши друзья-организаторы сказали, чтобы мы не беспокоились. Я слышал, что местные хотели, чтобы для них организовали вечеринку с экспериментальной музыкой. И возможность сделать это — значительно важнее любых сомнений».

Танцуй за наследие

9 июня 2018-го Ritmika также организовывала рейв в огромном конструктивистском Дворце Ильича в Днепре, который к тому моменту полтора десятка лет стоял в запустении.

«Работу, которую делает Зэ со своей командой, мы иногда между собой называем «танцуй за наследие», — рассказывает искусствовед из Киева Евгения Моляр. — Рейв при этом инструментализируется для того, чтобы создать конструктивные импульсы в обществе. Например, рейв во Дворце Ильича был нацелен на то, чтобы сохранить это сооружение. А вечеринка на Заводе сопротивлений — это тоже о переосмыслении индустриального наследия, которое неизвестно для чего сейчас и существует».

Снаружи и внутри

По словам Зэ Упитиса, одна из главных особенностей мероприятия в Северодонецке заключается в том, что здесь низкая покупательная способность населения. Поэтому за счет билетов невозможно оплатить перелеты артистов и их гонорары, невозможно привезти достаточно качественный звук. И событие, каким бы успешным оно не было с точки зрения массовости и атмосферы, неизбежно становится убыточным.

Плюс, неработающая промышленность — болезненная тема для северодончан, ностальгирующих за социальными гарантиями и дымящими трубами. Они воспринимают «непрофильное» использование промышленных предприятий почти как осквернение могил.

Впрочем, те, кто хорошо знает специфику небольших городов Донбасса, считают, что местных было больше, чем можно было ожидать.

«Я понимаю, что локальной аудитории для таких событий нет, ее надо было как-то заинтересовать и привлечь. И у организаторов это получилось: я была очень удивлена, что было так много местных», — говорит Евгения Моляр.

«По-моему всё получилось, потому что я не заметил, чтобы был какой-то диссонанс в плане выступлений диджеев, ребята отыграли ох… Публика… Есть ценители — это уже радует», — осторожно формулирует художник Сергей Лиховид.

Северодончанка Ольга Урсол в последний раз была на Заводе сопротивлений 6-7 лет назад — тогда там проходили репетиции школьной рок-группы, в которой она была вокалисткой:

«Абсолютно космическую атмосферу получилось создать за счет трех основных компонентов: освещения, нереальной музыка и здания, в котором это всё проводилось. Если бы полгода назад меня спросили, можно ли проводить что-то на бывших фабриках или заводах, я бы сказала: „Нет, конечно! Это негигиенично, там много пыли, там ничего не было 15 лет, там дырявые окна, там холодно“. У меня была бы куча аргументов. Но не сейчас. Потому что то, что было сегодня ночью — это абсолютно невероятно».

katacult_brave-factory2019_banner--1-