Wavewalkrs — украинская группа, которая всего за год своего существования успела съездила в европейский тур с Bastille и Lewis Capaldi.

Впрочем, это история совсем не про успех или стремление к нему, а скорее про музыку будущего. Вселенная этого коллектива состоит из всевозможных звуков — от синтезаторов, барабанов и голосов на улице до шума работающей кофемашины и ветра.

Когда общаешься с Юрой и Никитой, в какой-то момент кажется, что перед тобой один человек — предложение начинает Юра, а заканчивает Никита, и наоборот. Так и в музыке — идеальная синергия, которую сложно объяснить словами, но можно услышать и увидеть.

Поговорили с ребятами о творческом процессе, известности, взаимодействии, любви к своему делу и простом желании делиться тем, что внутри.

Кто вы?

Юра и Никита, вместе мы создаем музыку как Wavewalkrs.

Wavewalkrs — это мы. Музыка — это волны, а мы по ним путешествуем. Это длинное большое путешествие без конца и без краю.

Как долго занимаетесь музыкой? Что было до Wavewalkrs?

Юра: Мы родом из Харькова, в Киеве уже некоторое время — здесь и начали работать вместе. До Wavewalkrs у каждого из нас были какие-то свои проекты, истории.

Никита: С 4-х лет я играл на скрипке, это считается? Мой личный отсчет «занятий музыкой» начинается с того момента, когда я начал извлекать хоть какую-то музыку из инструментов.

Сколько времени занимает музыка сейчас?

День может длиться 24, а может и 48 часов. Четкого графика никогда не было — просыпаешься и едешь на студию. Там мы в основном и обитаем.

У вас есть что-то, кроме музыки?

Путешествия, какие-то увлечения, но на самом деле они минимальны. 90% нашего времени — это студия, музыка, концерты, творчество. Когда нет настроения — делаем что-то другое. Но чаще всего хочется делать музыку — 24/7 с перерывами на сон.

Как реагируют друзья и семья, если вы 24/7 в музыке?

Юра: Нас понимают, и это очень круто. Видят, с какой искренней любовью мы этим занимаемся, поэтому вопросов не возникает. Есть что-то, что сидит в нас и требует, чтобы мы его выпустили.

Никита: Может показаться, что у нас нет ни семьи, ни друзей, ни вообще ничего, но это неправда. У нас все хорошо.

На каких инструментах играете и в каком жанре работаете?

На всех, которые есть в доступе — синтезаторы, барабаны, гитары. Все, что можно потрогать, из чего можно извлекать звук. Духовые не сильно используем, но занимаемся продакшном в полной мере — придумываем все партии, сами их исполняем, записываем.

Мы не знаем, как называется наш жанр и мало этим интересуемся. Есть наше видение, творческая задумка, и ставить это в какие-то рамки не интересно. Музыканты пишут музыку, а жанры — удел критиков, которые сидят и говорят: «Вот это серое, это зеленое». Делают это совершенно субъективно по каким-то своим критериям. Мы пишем музыку, потому что хотим воплощать наше творчество.

Что подтолкнуло вас заниматься музыкой?

Юра: На то, что мы занимаемся музыкой, одновременно влияло все и ничего. У меня, например, все складывалось так, что я не должен был этим заниматься. У всех было много разных причин, чтобы я этого не делал. У меня, как оказалось, таких причин не было.

Никита: С самого детства родители меня максимально загрузили всем, чтобы я сам выбирал. В какой-то момент почувствовал, что самореализация происходит именно в музыке. Не потому, что было можно быть музыкантом или знаменитым. Для меня просто все стало понятно.

А хотели бы быть знаменитыми?

Юра: Думаю, это неизбежно. Когда очень хорошо делаешь то, что любишь, ты рано или поздно получаешь известность. Но на самом деле нам неважно, знамениты мы или нет, мы все равно будем делать то, что делаем, потому что нам это нравится.

Никита: Любовь к процессу — это очень важно. Выращивая помидор, ты-то получишь помидор в конечном итоге, но для того, чтобы его вырастить, его нужно сначала полюбить. Поэтому слава — это помидор.

Юра: Нет, слава — это когда помидор уже покупают и он многим нравится.

У одних «покупают помидор», а у других нет. Почему?

Кто-то очень любит то, что он делает, и он делает это искренне. Ему очень хочется, чтобы продукт был уникальным, интересным, вдохновляющим. Сейчас много разных артистов — кто-то делает это все конкретно для того, чтобы быть известным, популярным, зарабатывать много денег. У всех свои цели.

А у вас есть цель?

Самая важная — реализовывать творчество, и не «для того, чтобы...», а просто так. Ты ничего не можешь поделать, ты просто хочешь, чтобы оно вышло. Пропускаешь всю эту энергию через себя и делишься с другими людьми. Это и будет цель — просто поделиться. Ну а дальше уже человек сам решает, нравится ему или нет, резонирует или нет.

Иногда так происходит, что из нашего творчества у людей тоже возникает творчество — кто-то вдохновляется и пишет поэзию, кому-то оно помогает в работе. Например, под нашу музыку танцевали и рисовали.

А в таких проектах как происходит взаимодействие? Сначала музыка, а потом танцы или рисование?

По-разному бывает. Например, в проекте для OFFF Kyiv (фестиваль креативности и дизайна, организованный Projector&Depositphotos — прим.) ребята создали визуальную историю, а мы под нее — музыкальную.

Как познакомились с Женей Пылинским и Женей Лехом, с которыми создавали фильм для OFFF?

Мы вместе делаем довольно много проектов для Nimses — в большинстве роликов наш саунд-дизайн и наша музыка. И они предложили нам точно так же поработать над OFFF Kyiv. Нам супер-нравится то, что делают Жени, наши обложки — это тоже они. У нас классная синергия. Есть несколько крутых работ, которые еще никто не видел — ждем, когда это можно будет наконец показать. Это тоже сделано с ребятами.

Мы большие фанаты крутого визуального арта, хотим в будущем это интегрировать и делать интересные масштабные постановки. У нас много идей.

Отличается ли работа, когда вы создаете что-то для себя, от работы на заказ?

Когда делаем для себя, у нас нет никаких ограничений. А с кем-то — это всегда  взаимодействие, заданное направление. Смотрим на готовые образы, и у нас возникает музыкальное дополнение. Это как кино — композитор пишет музыку, потому что ему рассказали историю, и он создает под нее. Оживляет.

Сложнее ли это? Или нельзя сравнивать?

На самом деле нет в этом никакой сложности. Сложность возникает только тогда, когда либо ты не знаешь, чего хочешь, либо кто-то не знает, чего он хочет, что он делает и зачем это вообще. Когда есть четкое понимание и направление — все очень просто, ты берешь и делаешь.

Расскажите о туре с Bastille и Lewis Capaldi. Как так получилось, что вы поехали с ними? Какие ощущения?

Исполнительница, с которой мы работаем, Akine — это Ника, она пишет поэзию, песни, объясняет, что она хочет сказать, а мы пишем под них музыку. Мы сняли с ней лайв, вот его увидели и очень захотели, чтобы мы составили компанию Bastille и Lewis Capaldi. На концертах у нас было 30 минут на свое выступление, у Льюиса был час на свое, а Bastille, как хедлайнеры, играли 2 часа. Ощущения сложно передать. Очень вдохновляюще и как-то прям необычно.

Это первые опыты такого выступления?

Да, это первый раз, когда ты выходишь, а там 15 тысяч человек и надо с ними как-то подружиться.

До этого вы выступали перед небольшими аудиториями. Отличается ли опыт?

Юра: Конечно, отличается, но если ты любишь то, что делаешь — это просто разные масштабы. Всегда волнуешься, но нет глобальной разницы, для скольких людей ты выступаешь. Надо выйти и сделать все наилучшим образом, чтобы всем было классно. Ну и чтобы понравилось тебе самому.

Когда вы играете — вы очень вовлечены в процесс. Как концентрироваться на самой игре и одновременно «уходить в себя»?

У каждого артиста по-своему. То, что мы делаем на студии, не сильно отличается от того, что мы делаем на концерте. Нам это нравится и там, и там, не придаем этому какую-то важность — вот, мы пошли играть концерт и мы играем концерт. Важно в этот момент войти в это состояние, в котором мы обычно всегда находимся.

Никита: Еще важно в какой-то момент сыграть что-то не то или не так, как было придумано.

Юра: Стараемся творчество делать и на сцене тоже, когда в реальном времени происходит рождение чего-то нового.

Никита: Это классно очень. И только в том случае, когда ты специально пытаешься из себя что-то выдавить — это неинтересно и тебе самому, и людям, которые слушают тебя. Когда это неискренне — камон, зачем?

Юра: Хотим, чтобы было честно. В каждый момент, в каждую секунду, мгновение. Все время.

Не было ли желания, когда вы только начинали, кому-то подражать? Были ли кумиры?

Юра: Точно нет, мы — это мы. Я от этого всегда хотел уйти — в продакшне было такое, когда кто-то приходит и говорит — вот я хочу, чтобы было так, как у кого-то. Мы так не работаем, нам это не интересно. Зачем делать то же самое? В этом нет смысла.

Никита: Подражать нет никакого желания. К кому-то ты испытываешь респект, потому что ты уважаешь процесс и то, как люди это делают, где-то тебе нравится музыка, и она может быть не супер мега качественно сделана. Нету такого — «вот мы хотим, чтобы у нас было точно так же».

Нам неважно, что у кого и как. Мы самодостаточны, нам по кайфу с собой. Зачем смотреть куда-то в Америку или Англию? Зачем вообще сравнивать? Границы — они же в голове, люди придумывают себе, что «вот мы хотим быть как кто-то». Ну и зачем делать такое творчество? Творчество вообще не про это. Творчество — это про самовыражение. Референсы и сравнения надо забыть и отбросить — это рельсы, стрелка в другую сторону. Что-то крутое — это что-то уникальное. А как можно сделать что-то уникальное, если ты уже подсматриваешь?

Юра: Задача даже не стоит сделать что-то уникальное — это не из области творчества. Я когда в детстве взял гитару, это было вообще не о том, чтобы быть как кто-то, мне просто хотелось поиграться. Ты здесь и сейчас, складываешь из кубиков домик. Какая разница, как и кто его до тебя сложил, ты просто сидишь и кайфуешь.

Кто нравится из украинских артистов?

Юра: Мне нравятся такие группы, как Jinjer, нравятся Stoned Jesus, очень нравятся «Один в Каное». Это те коллективы, которые нашли себя, и это чувствуется. Они честны, они прошли этот путь, их узнали, они играют концерты, исполняют свою музыку с удовольствием и искренне.

Никита: А мне нравится одна команда, Wavewalkrs называется, очень люблю слушать.

Слушаете свою музыку?

Юра: Мы только ее и слушаем, вот в чем прикол.

Постоянно. Это серьезно. Практически все время мы слушаем свою музыку. Едем домой, на студию, в дороге, в путешествиях — слушаем свою музыку. Все время хочется к ней возвращаться. Мы пишем музыку так, чтобы в первую очередь ее хотелось слушать нам. Искренне любим ее, потому что это целый мир, отдельная вселенная.

А это не ограничивает кругозор?

Юра: Не задумываемся — ограничивает это нас или нет. Мне кажется, наоборот — всегда есть много мыслей, как можно сделать еще круче.

Никита: Кругозор ограничивают навязанные рамки либо ограничения твоего внутреннего сознания и мышления. Они здесь, в голове.

Какая композиция или мелодия сильно на вас повлияла?

Никита: В детстве на меня очень сильно повлиял Имперский Марш Джона Уильямса, не шучу. Я его слышал, и у меня возникало бесконечное количество чувств, эмоций, реакций. Хотелось слушать еще, и еще, и еще. Это большой хит, визитная карточка целой эпохи. Несколько обычных нот в очень простой последовательности, но сделаны в нужное время. Ты понимаешь, о чем это, даже если бы не было визуала. Понимаешь настроение и эмоцию, которую композитор пытался передать. Такая композиция возникает тогда, когда человек знает, что ему нужно, что именно он хочет сделать.

Юра: Первое, что мне вспомнилось — Metallica "Master of Puppets". Когда был совсем малой, слушал эту музыку, как-то она меня тронула.

Какой вопрос вы бы сами себе задали?

Когда релизы, пацаны?

Действительно много людей интересуются и спрашивают, когда что-то выйдет. И если есть такая реакция, значит, это кому-то нужно и мы чувствуем уверенность и радость. Когда есть люди, которые ждут, хотя вообще не подозревают, ЧТО они услышат. Это очень классно, как ждать Новый Год в детстве.

Так когда релизы?

7 октября у нас выйдет LP, будут выходить треки с визуалами, лайвы. Много материала накопилось, мы его подтягиваем. Наш лейбл “Pirfect Filth” находится в Англии, и для того, чтобы одновременно все вышло, нужно собрать все ниточки в одной точке.

Юра: Мы сами сводим, сами записываем, делаем продакшн и это занимает уйму времени. Открываешь проект, вроде все готово, но вот проходит пару дней и ты думаешь, что надо еще что-то доделать. Хочется, чтобы все было идеальным. Понятно, такого нет, но все равно «сведение невозможно закончить, его можно только остановить». Наш менеджер в какой-то момент говорит: «Пацаны, все, мы вот это выпускаем». Мы такие: «Нет-нет, надо ж еще…» Ну или наоборот.

Ну все, теперь это неизбежно, придется в любом случае 7 октября выпускать.

Вы не боитесь стать зависимыми от своих слушателей, которые требуют, ждут чего-то определенного от вас?

Не думаем об этом. Требования — это скорее иллюзия, на самом деле люди просто реагируют на то, что получают, они не требуют. Часто бывает такое, что артисты перестают получать счастье и радость от своего творчества, и начинают гоняться за требованиями. Этого не хочется делать, это нам не близко. Если люди услышат не то, чего они ждали — ну что ж. Кто-то все равно найдет для себя что-то интересное.

Где и когда вас можно послушать в Киеве? Есть какие-то планы?

Ближайших нет, мы выпускаем треки, а там посмотрим. Нам уже несколько раз предлагали сделать концерт, но мы пока хотим выпустить побольше музыки, чтобы люди послушали и захотели прийти на концерт.

Как думаете, какая музыка будет популярна лет через 50?

Юра: Мне кажется, что сейчас очень много музыки, которая сделана не совсем искренне и творчески, а для чего-то. Думаю, что рынок и естественная конкуренция приведут к тому, что музыкой будут заниматься те, кто действительно хочет этим заниматься.

Музыкальные идеи просто меняют форму воплощения: в какой-то момент что-то прикольное воплощалось в роке, в джазе, в классической музыке. Сейчас точно так же. Думаю, что и дальше будет то же самое, может, поменяется форма выражения, инструменты, звуки. Но глобально музыка за все время существования человечества не сильно поменялась — люди все равно напевают песни, которые были придуманы сотни лет назад, потому что это классная, хорошая музыка. Точно так же будет и через 50 лет, если человечество доживет.

Никита: На самом деле будущее музыки в том, что она просто будет. Когда-то были хлопки и пение, потом кто-то пошел дальше и изобрел бубен. Музыка развивается и движется, это энергия. Если бы не было синтезаторов, мы бы брали камешки и стучали ими. Так как мы в этом «закопаны», понимаем, что глобально ничего не поменялось. Неважно, ты натянул струну на палку или у тебя супердорогая гитара. Все это об одном и том же — об эмоциях и чувствах. Есть гамма чувств, которые людям близки, они хотят их переживать и получают их посредством вибраций. Неважно, откуда идут эти вибрации — то ли у костра кто-то играет, то ли это огромный стадион.

Как измерить качество своей работы? Как вы это делаете?

Никита: Это достаточно субъективная величина. Самое важное и самое главное — это только музыка, потому что она несет в себе настроение и чувства. Как бы классно и качественно не был сделана композиция, если она черствая и бесчувственная, качество не имеет значения. Очень много музыки создается на суперстудиях, в самой идеальной обстановке, на лучшем оборудовании, но если через полгода про нее забудут, качественная ли это музыка?

Есть куча примеров в живописи — художники, которые подручными средствами нарисовали гениальную картину. Это не значит, что если они купят самые лучшие краски, кисти и холст в мире, у них получится нарисовать эту картину еще раз. И вряд ли она будет лучше.

Юра: Самый важный критерий — ты слушаешь, тебе нравится от начала и до конца, и ты хочешь, чтобы оно было таким для всех. Так на самом деле бывает нечасто, всегда есть куда двигаться, но главное — вовремя остановиться.

Можете сказать, что каждую композицию написали вместе? Как происходит работа?

Юра: Мы просто дополняем друг друга. Идеальная синергия. Даем дорогу творческому процессу и не останавливаем, не блокируем его. Сами иногда удивляемся, но принимает это as it is. Так сложилось.

Никита: Есть еще доля везения. Мы, например, любим пиццу. Нет такого, что кто-то любит пиццу, кто-то гамбургер, а мы пришли в заведение есть суши. Мы берем и одновременно едим пиццу. Маргариту — это лучшая пицца. Важны тесто и соус, помидоры и сыр — это то, что определяет пиццу. Все остальное — дополнения. Все так просто. То же самое с музыкой. Музыка звучит, ты ее слышишь.

Самый любимый звук на планете?

Юра: Шум моря. Почему — не могу объяснить, это просто самый любимый мой звук.

Никита: Мой любимый звук — тишина. Либо абсолютная, либо тишина, когда есть шум ветра, легкий шорох чего-то. Ветер — хороший пример, когда нет никаких техногенных звуков, людей вокруг. Просто тишина и спокойствие.

Создавать музыку — это …

Жить.

Фото: Наталия Азаркина