«Король лев» уже в прокате. Возможно, нас всех ждет острый приступ ностальгии и умиления, возможно — разочарование, потому что разве можно повторить всю ту магию, которую подарил нам оригинальный мультфильм? Но в любом случае смотришь трейлер и в самом конце невольно начинаешь напевать вместе Тимоном и Пумбой это загадочное то ли «авимбове», то ли «вимба вей», то ли как там правильно поется эта непроизносимая, но и незабываемая тарабарщина.

«Король лев» не был бы королем без всех этих песен, которые получали Оскары, Грэмми, 1-е места в Billboard и прочие знаки отличий. К созданию легендарных “Circle of Life”,” Can You Feel the Love Tonight” и “Hakuna Matata” приложили руку такие титаны, как Элтон Джон, Ханс Циммер и Тим Райс. Вот только у песни “The Lion Sleeps Tonight” (та, которая и есть «авимбове») немного другая история, совсем уж удивительная и скорее грустная.

Эта композиция действительно пришла из Африки, той, где настоящие джунгли и львы, а потом столько всего пережила, что о ней написали несколько книг, сотни статей в СМИ, сняли пару документалок — совсем свежую в этом году презентовал Netflix, согласитесь, на сегодня это показатель. История получилась не только про бесчисленные победы, каверы, упоминания и всемирную славу, но также про огромные деньги, несправедливость, судовые тяжбы и, кажется, невозможность выяснить до конца, как же все было на самом деле. Но еще она и про удивительную музыку, которая «через годы, через расстояния», и про непобедимую красоту простоты.

ОДНАЖДЫ В АФРИКЕ

Почти 20 лет назад Риан Малан, южноафриканский писатель, музыкант и журналист, начал свою статью-исследование (и в какой-то мере расследование) в The Rolling Stone об этой песне со слов “Once upon a time”. Кажется, лучше и не придумаешь.

Так вот, однажды, в 1939 году, зулус Соломон Линда подошел к микрофону в первой африканской звукозаписывающей студии и спел те самые 15 нот. Студия называлась и называется Gallo Record studio, Эрик Галло основал ее в 1929 году в Йоханнесбурге. Сегодня Gallo Record Company является крупнейшим и старейшим независимым лейблом в Южной Африке и отвечает за запуск карьеры Ladysmith Black Mambazo, Miriam Makeba, Hugh Masekela и других звезд континента.

На тот момент Линда сам работал на студии — пластинки упаковывал. Он был обычным рабочим-мигрантом, приехавшим в большой город из глубинки в поисках заработка. Днем ходил на службу, а по вечерам пел с группой, состоящей из таких же работяг, The Evening Birds. В репертуаре коллектива были песни про работу, про преступления, про то, как банки обворовывают их, а белые относятся пренебрежительно, в общем, про жизнь и за жизнь. За два года товарищи по несчастью и таланту превратились в довольно крутую группу, они носили костюмы в тонкую полоску, шляпы-котелки и модные двухцветные туфли. Вокалистом Линда был знатным, так что неудивительно, что именно он и стал руководителем хора «вечерних птичек».

«Он был Элвисом Пресли своего времени и места, застенчивым, неуклюжим 30-летним парнем, настолько высоким, что ему приходилось наклоняться, когда он проходил через дверные проемы. Сложно представить его поющим сопрано, но именно это он и делал в группе. Он был лидером, исполняющим то, что зулусы называли fasi pathi — леденящий кровь фальцет».  

Талантливые «вечерние птички» и их предводитель Соломон Линда однажды попали в поле зрения боссов упомянутой студии Gallo. Кстати, первая компания Эрика Галло занималась дистрибуцией — тут продавались пластинки британского Brunswick Records. Но вскоре Эрик понял, что в регионе совершенно отсутствуют возможности для записи и развития локальных исполнителей. Он позаимствовал оборудование распавшейся Metropole company и создал Gallo Record studio. Так Эрик и его союзник, первый в стране черный продюсер Гриффитс Моциелоа, стали записывать на своей студии песни на местных языках африкаанс, зулу, коса и прочих. И так они записали песню “Mbube” на языке зулу, исполненную Соломоном Линдой и его коллективом.

ЛЕВ В ДЖУНГЛЯХ

Легенда гласит, что всего было три попытки записи “Mbube”. Вначале дела шли так себе, но под конец то ли второго, то ли третьего раза Линда вдруг так удачно сымпровизировал свою партию поверх стройного мужского хора, что всем стало понятно — получилось. Кстати, с  зулусского “mbube” переводится как «лев». Правда, изначально сюжет песни был гораздо более незамысловатым, чем в более поздней и самой известной версии “The Lions Sleeps Tonight” — в оригинале просто все время повторялось что-то вроде «Лев, ха, ты — лев!».

За 10 лет на родине продали больше 100 000 пластинок с “Mbube”, а на то время это означало хит. Уже потом композиция попала в Нью-Йорк и началась совсем другая история.

А тем временем песня Линды и само слово mbube дали название целому жанру южноафриканской вокальной музыки, из которого потом родился iscathamiya. Эти жанры характеризовались довольно мощным пением а капелла, когда голоса, поющие в унисон, создавали сложные ритмические структуры. Только isicathamiya, что переводится с языка зулу «мягко ходить» (как красться на цыпочках), был более мягким и больше фокусировался на гармонии голосов, чем mbube. А еще штука в том, что подобное пение обычно сопровождалось и традиционными зулусскими танцами, в которых изначально надо было довольно сильно топать по земле, отчего в новых реалиях портились как башмаки, так и пол. Пришлось немного поубавить пыл и смягчить танец — вот и получился iscathamiya.

Конечно, произошли эти жанры не от одной песни, а выросли из культуры, которую рабочие-мигранты, подобные Линде, принесли с собой из маленьких городов и сел. Они преимущественно работали на шахтах, ночевали в общежитиях, а вечерами развлекали сами себя пением и танцами.

Популяризировал mbube и iscathamiya южноафриканский хор Ladysmith Black Mambazo. Коллектив стал известным после совместной песни с Полом Саймоном и участии в его альбоме 1986 года Graceland. А вот они исполняют “Mbube”, их версия стала саундтреком к комедии с Эдди Мерфи «Поездка в Америку»:

Кстати, в фильме сюжет строится вокруг того, как сын африканского короля сбегает от отца в Нью-Йорк, чтобы начать свою самостоятельную жизнь. Конечно, ему многое предстоит пережить, прежде чем вернуться на родину.

ЛЕВ ПОКОРЯЕТ АМЕРИКУ

Так вот, песня “Mbube” появилась в Нью-Йорке в начале 50-х в числе записей, пересланных из Йоханнесбурга музыковедом Хью Трейси. Он надеялся, что кто-то сможет полюбить эту музыку так же сильно, как и он. Но оценить записи смог лишь американский этномузыколог и собиратель фольклора Алан Ломакс, без которого, кажется, не обошлась ни одна похожая история.

Он послушал “Mbube” и решил, что она уж наверняка придется по вкусу фолк-певцу Питу Сигеру. Музыканту, который в своих неизменных синих джинсах и с банджо в руках исполнял песни о справедливости для рабочих, эта песня и правда понравилась, как и слушателям. Вот только зулусское слово показалось ему слишком непривычным и как-то трансформировалось в wimoweh. То есть «уи-мбубе» превратилось в «а-уимове».

Тогда с авторским правом в ЮАР было все сложно, песня считалась народной и ее слова находились в публичном пользовании. Никто особо не заморачивался, ну спел ее какой-то зулус — какая разница. До тех пор, пока Сигер не сделал ее по-настоящему популярной в США, что, конечно, означало большие деньги. В студии Gallo в Йоханнесбурге спохватились и попробовали эти деньги получить, даже как-то быстро сделали бумагу, в которой Линда передавал им все права. Его уже давно нет в живых, так что сложно выяснить, действительно ли неграмотный человек подписал этот документ, но дальше все равно будет столько судебных и финансовых перипетий, что уже и неважно. В результате каждый остался при своем — американская звукозаписывающая компания, проигнорировав все притязания Gallo, — с песней и деньгами, южноафриканская компания — с правами на “Mbube” только в своем регионе, а Соломон Линда, как и прежде, остался ни с чем. Хотя есть сведения, что Пит Сигер и пытался добиться, чтобы зулусу что-то да перепало. Все же, кажется, он искренне пел о тяготах жизни рабочих и хотел справедливости.

Вместе с волной популярности песни неизбежно пришла и следующая волна — всевозможных каверов. Вот, например, джазовый вариант от Джимми Дорси:

ЛЕВ СПИТ

Очередное же пришествие песни про льва случилось в 60-х, когда к ней решил обратиться Джей Сигел, солист бруклинской ду-воп группы The Tokens. Ему песня страшно нравилась, но со словами надо было что-то решать. Он даже сходил в консульство ЮАР, чтобы выяснить, о чем там все же поется. Кажется, кто-то подшутил над ним и рассказал, что речь о том, как едят льва. Продюсеров группы такая трактовка не устроила, так что они обратились к поэту Джорджу Вайсу, который делал аранжировки Фрэнку Синатре и писал песни Элвису Пресли.

И вот он и придумал слова про спящего в джунглях льва. Сигел, когда получил готовый текст, понял, что на мелодию он не очень и ложится теперь, так что тут же на ходу немного ее изменил. Кстати, слова в принципе показались всем какими-то не очень крутыми, да и вообще больших надежд на эту песню не возлагали. Записали ее опять с трех попыток, только на этот раз на Манхэттене и в 1961 году. Студия RCA выпустила ее на стороне В записи “Tina”, которая в итоге канула в безызвестность. Но “The Lions Sleeps Tonight" ожидала совсем другая судьба — уже скоро стало понятно, что эта песня скорее стремится к бессмертию. Опять она оказалась во всех топах и чартах, пластинки продавались, народ ее любил, фолк- и поп-исполнители активно перепевали.

Мириам Макеба (та, которая «Мама Африка», южноафриканская исполнительница и обладательница Грэмми) исполнила ее на Дне рождения Джона Кеннеди, том самом, где Мэрилин Монро спела знаменитое “Happy Birthday, Mister President”.

Астронавты Apollo слушали ее перед стартом. Каверы на нее сделали Springfields, The Spinners, The Tremeloes, Glen Campbell и многие другие. В 1975 году свою версию записал Брайан Ино.

В 1982 году The Lions Sleeps Tonight опять вернулась в чарты благодаря Tight Fit. Обязательно посмотрите на эти зажигательные танцы, леопардовые купальники и вообще воплощенные 80-е:

Может, вы также слышали версию R.E.M.:

Вообще известно более 160 каверов на эту песню, если захотите, найдете и хэви-метал версии и какие-угодно вообще. Плюс, конечно, реклама, фильмы и сериалы. Вот даже в «Маппетах» она звучала. Конечно, очередной виток популярности случился как раз после выхода мультфильма «Король лев» в 94-м, одноименного мюзикла и спин-оффа про Тимона и Пумбу.
Также песню использовали в фильме про Эйс Вентуру, а еще ее же вы могли услышать в «Друзьях».

То есть “Mbube” мутировала сначала в “Wimoweh”, а потом в “The Lion Sleeps Tonight”, зато многие годы оставалась страшно популярной, а сам Соломон Линда был похоронен под всеми аранжировками и стилизациями, но его мелодия продолжала жить.  

А параллельно с историей про перерождение, славу и пусть ненастоящих, но в каком-то смысле королей, продолжалась сюжетная линия про деньги, авторское право и суды.

Документалка Netflix преимущественно об этом, потому что история действительно получилась долгой, сложной, с множеством как изящных, так и совсем некрасивых поворотов. Вот после этого, когда популярность композиции уже, кажется, пробила потолок, а роялти достигли что-то около 16 млн $, Риан Малан и написал то самое эссе для Rolling Stone, а дальше потянулись новые разбирательства между звукозаписывающими компаниями, корпорацией Disney и наследниками Линды. Было интересно — тут и министр культуры ЮАР оказался вовлечен, и вспомнили прецедент в деле Чарльза Диккенса. В итоге все завершилось мировым соглашением, детали которого не разглашались. Сколько денег в итоге получили дочери Линды от всех этих космических сборов, точно неизвестно, но что-то да получили. Похоже, это скорее крохи пирога, от которого очень многим удалось урезать по лакомому кусочку. Сам же автор получил если не посмертную славу, то хотя бы признание авторства. Этот лев может спать спокойно.

Риан Малан признает, что это история все же не про мошенничество, а скорее про недопонимание, разные культуры, бюрократию и еще множество явлений, которые существуют в реальном мире. В идеальном, пожалуй, существовала бы только музыка.