Джим Коулз aka Om Unit материализовался в дабстепе с добротным ремиксом на гимн Joker ‘DigiDesign’. Больше в дабстепе он особо не появлялся — ровно с того момента уроженец Бристоля надолго не задерживался в каком-то одном жанре. Он разгуливал по граням джангл-культуры также под именами 2tall, Phillip D Kick, Nyquist, Dream Continuum, считая что определить себя как d’n’b-артист, например, это все равно что назвать себя пекарем круассанов, когда ты еще можешь испечь кекс, хлеб и пирог «Лимонный дождь», который отменно делает его мама.

Проходки в сторону хип-хопа, футворка, электро и IDM, настойчивый флирт с драм-энд-бейсом, три выверенных лонгплея, не говоря о множестве EP, ремиксов и подкастов — во всей этой музыке он слышит формы и очертания: «Мне очень нравится Пикассо. Его картины как музыка для меня. То, что он делал с кубизмом, сродни тому, что я могу видеть сквозь музыку — формы и цвета в движении. Кажется, это то, что я получаю из хорошего трека. Похоже на синестезию».

2 ноября владелец лейбла Cosmic Bridge, издававшийся на Civil Music, Metalheadz, Exit Records, Planet Mu и других, отыграет сет в Киеве. Накануне визита мы расспросили Джима о значении его музыки, влияниях и перспективах.


Как и почему ты занялся музыкой и до сих пор продолжаешь? Или ради чего?

В 1994 году, когда мне было 14, я начал делать электронную музыку на программах Tracker, которые работали только на MS Dos. Наверное, мне просто хотелось быть в рейв-движении, но я был слишком мал. Тогда я пытался подражать тем звукам, которые слышал на радио и в микстейпах. 24 года спустя я все еще занимаюсь музыкой, потому что для меня это как есть или спать. Мне очень повезло отыскать путь к своим творческим способностям и поделиться ими.

Какая идея стоит за твоим творческим именем?

«Om» можно понимать как «звук творения» или «звук вселенной», который воплощает ее потенциал или претворяет все в жизнь. «Unit» — это обозначение одной единицы чего-либо, одной личности. Вместе выходит творение, транслируемое через одного человека.

Какой релиз привел тебя к мысли, что ты на правильном пути? Какие из всех твоих треков наиболее полно преподносят тебя новому слушателю?

Я стараюсь всегда быть честным в своей работе, как минимум в той музыке, которую выпускаю для людей. Думаю, если ты просто делаешь так, как чувствуешь, тебе не приходится слишком в себе сомневаться. Я бы рекомендовал альбомы ‘Threads’ или ‘Self’, в них вы услышите самую искреннюю работу.

Когда ты был подростком, тебя очень вдохновлял Goldie, его музыка резонировала с твоим внутренним миром. Учитывая столь значимое воздействие, каково было взяться за работу с его личной коллекцией семплов для подготовки релиза ‘Inversions’ на его лейбле Metalheadz?

Настоящее безумие! Работать над кусочками для Metalheadz — это же будто сбылась детская мечта. Несколько лет я жил в том мире драм-энд-бейса, сейчас я больше выбираюсь из него и исследую другие идеи. Но тогда я чувствовал себя ребенком в лавке сладостей. Это было нереально! Думаю, в то время Goldie переживал некий переходный период и охотно делился чем-то из собственной истории с продюсерами в своем лагере, чтобы снова оживить корни аутентичного звучания Metalheadz. Было честью принимать участие в этом.

Ты восхищался тем, как Goldie вкладывал свою боль в музыку, такая честность вызывала в тебе ответные эмоции. А что ты транслируешь через свою музыку и какой фидбэк это вызывает в слушателях?

Мальчишкой я точно чувствовал связь с его музыкой, но будучи взрослым я нашел собственное выражение. Все раннее d’n’b и джангл с 1992 по 1997 было основой и навсегда останется для меня там. Сейчас я просто стараюсь сбалансировать элементы, насколько возможно. Иногда это меланхолия, иногда надежда, иногда звучит дабово, в другой раз — более танцевально. Я верю, что в итоге люди все равно слышат лишь то, что хотят, как и в разговоре посредством языка. Поэтому посыл в равной степени зависит и от композитора, и от слушателя. Мне кажется люди находят большую связь с моим, так скажем, «более глубоким» материалом, может, потому что он наиболее искренний.

2011 выдался для тебя особенно продуктивным: в придачу к многочисленным релизам ты запустил собственный лейбл Cosmic Bridge. С чего он начался и где он сейчас? Какова твоя миссия в роли A&R и каких релизов нам следует ожидать больше всего?

На самом деле еще 2008 году я уже нарисовал логотип Cosmic Bridge, просто тогда я еще не знал, что все это значит, это могло стать и названием для очередного проекта. Мысль о лейбле пришла, когда я работал над битами с Kromestar и потом послушал таких артистов, как Danny Scrilla и Moresounds. Я решил создать лейбл в качестве средства распространения стиля музыки, которую я играл в клубах на то время, чтобы дать ей дом и «лицо». Как A&R я по существу выискиваю и пытаюсь способствовать развитию молодых артистов, которых я лично очень чувствую. Я бы советовал познакомиться со всем, что мы сделали за 7 лет, и узнать, что нравится вам. Самый свежий — новый релиз Crypticz, супер-эмбиент-бейс стаф, этот парень визионер. И все же следите за новой информацией... наш новый саблейбл Earthbase вот-вот откроет свои двери.

Ваша с Machinedrum история — это как история о двух сердцах на разных континентах, которые забились одинаково. Правда, что вы одновременно начали миксовать футворк с джанглом, даже не зная об этом? И как потом шла работа над совместным материалом?

Как поэтично сказано! Да, все так и было, и вообще это было нечто: в пределах одной недели нас обоих охватило это вдохновение футворк-культурой — R.I.P. DJ Rashad. Потом Machinedrum остановился в квартире моего друга в Лондоне, мы собрали какие-то идеи пока джемили там, а завершили работу уже онлайн. Пластинка ‘Reworkz’ создана в духе наших джемов: фрагменты джангл-мотивов с использованием оригинальных семплов, но в ином прочтении.

Ты как-то сказал, что самое интересное в музыке происходит на «границах». Ты можешь определить какие-то занятные границы сегодня, что вообще любопытного происходит? Что тебя вдохновляет или разочаровывает?

На мой взгляд, клубную культуру так долго эксплуатировали сверх меры, что сейчас мы наверное в той ситуации, когда эти странные границы в музыке стали еще интереснее. При этом, пространства, где все еще остается место для эксперимента, архиважные. Мне кажется, что в большинстве клубов сегодня витает некая амбивалентность, какое-то чувство оцепенения. Социальные медиа нанесли вред клубной культуре в том смысле, что молодое поколение кажется не способно по-настоящему расслабиться и просто наслаждаться звуком. Они делают выбор в пользу хайпа вокруг определенной культуры, и в каком-то смысле это притворство. Если же ты обратишься к более глубокому андеграунду с электронными лайвами и пограничными техно-вечеринками, ты найдешь людей, которые действительно не боятся отпустить себя и быть настоящими фанатами чего-то. Я говорю о тех событиях, на которых у людей есть пространство для самовыражения, без всех этих «крутых ребят», которые лишь хотят стоять рядом с деками и нюхать кокс с диджеями на бэкстейдже. Или хуже — типа вечеринок «открытых дверей», на которых находится один случайный персонаж лет сорока и злится, что все вокруг «слишком странное».

В 2013 году тебя впечатляло развитие американской хип-хоп-сцены. Что ты думаешь о ней сегодня?

Это такая большая страна и там так много хип-хопа и рэпа, что больше невозможно так все обобщать. Везде есть хорошее и плохое искусство.

Ты любишь открывать для себя совершенно неизвестную музыку. Можешь поделиться последними открытиями?

Sunun — Ooid (Bokeh Versions). She’s awesome, a Bristol Legend already!

katacult_brave-factory2019_banner--1-