Уроженец Славянска Алексей Подать (AAAAA, ex-CHSZM) уже более 10 лет работает над своим живым звучанием, которое слушатели иногда описывают как акт аудио-терроризма или сеанс нойз-гипноза.

За это время он сменил уже с десяток псевдонимов, поработал над совместным проектом с John Object, написал саундтрек к постановке харьковского театра светоживописи и отличился нойз-перформансами на вечеринках Схема и Celestial.

В биографии молодого артиста нашлось место и еженедельному радиошоу на пиратской радиостанции в 13 лет, и поэтическим слэмам в 16, и диплому политолога в 21.

В феврале музыкант выпустил свой первый гиперфолк-альбом “MIP” под моникером ААААА. Релиз о красоте, семейной магии и беспричинной агрессии к людям был выпущен ограниченным тиражом на кассетах и распродан уже в первые сутки.

С Алексеем мы поговорили о важности дискомфорта в звучании, о том, что означает экспериментальная музыка сегодня, а также о его стремлениях и планах.


Расскажи о процессе создания музыки и инструментах, которые ты используешь.

Я использую ноутбук Dell Latitude E6410. Очень хороший, дешевый ноутбук, на который я наблевал, но он продолжил работать. Нужно было только клавиатуру поменять. Ещё я использую диктофоны. Весь материал для своих треков записываю на рекордер, перевожу их в Ableton и обрабатываю. Потом превращаю звуки в песни.

В твоих релизах часто встречаются темы любви и смерти. И стиль твоего исполнения довольно мрачный. А в композициях чувствуется внутреннее напряжение. Все это не давит на тебя психологически?

То, что я использую темы любви и смерти, понятно даже по названиям треков, альбомов или арта. Но, как правило, я придумываю их уже после того, как напишу музыку. То есть музыка для меня не возникает в каком-то словесном пространстве изначально. Просто потом я подбираю названия, которые мне кажутся максимально драматичными. Я считаю, что драма может быть захватывающей в 2000 каком-то там году, в котором мы живем.

Ты считаешь свою музыку подавляющей?

Если слушатель решает оставаться в этом состоянии — значит, он получает некий опыт, которого не хочет себя лишать. Ему в каком-то смысле нравится, в чем он сейчас, поэтому он и продолжает слушать такое.

Как ты думаешь, альбом, где ты поешь, будет популярнее, чем твой инструментальный проект? За счет того, что ты вносишь слова и контекст?

Мне кажется, слова наоборот убирают часть контекста. То есть они освобождают меня от контекста, но дают людям больше закрепиться в нем. И я надеюсь, что любой мой новый проект будет популярнее, чем предыдущий. Хочу, чтобы моя музыка звучала из каждого утюга, супермаркета, в АТБ…

Слава ради славы?

Мое желание распространить это везде — это желание признания человека, который пишет максимально неприспособленную под признание музыку.

Это может быть нишевая популярность.

Это не популярность для меня. Я не думаю, что я заполняю нишу. Я её, возможно, создаю для кого-то, но во всяком случае у меня нет сцены, с которой бы я себя ассоциировал.

Можно ли твой стиль на сегодняшний день можно назвать экспериментальным, когда есть неограйм, постпсевдореповейв и бог знает сколько еще тегов? Что такое экспериментальная музыка в 2019-м году, спустя 70 лет после изобретения этого термина?

Я не знаю, что такое экспериментальная музыка. Вообще этот тег был введен теми, кто захотел эту музыку продавать. Лейблами, которые решили взять под свое крыло какую-то часть интеллигенции. Они определили рынок, в котором по-любому купят какие-то записи эмбиента, хуембиента и так далее. Вообще, любой тег — это про рынок и продажи. Всякое создание трека — эксперимент. То есть когда человек на пределе своего понимания и артистических возможностей создает что-то, это и является экспериментом. И он использует инструментарий, который у него есть или который он приобретает по мере продвижения в произведении продукта. Всякая музыка по-хорошему должна быть экспериментальной.

Как к тебе относится локальная электронная сцена, и как относишься к ней ты?

Слава богу, сцены нет, ура! Потому что, если бы она была, я хотел бы в нее попасть и написал бы много форматной музыки, которая подошла бы под рамки этой сцены. И мое стремление к успеху и популярности внутри сцены убило бы мой творческий потенциал.

В феврале у тебя вышел релиз под названием “MIP”. Это МИП или МИР? Откуда взялось это название?

Я не знаю. Изначально я хотел назвать альбом МИР. Потом захотел, чтобы название альбома и название исполнителя были одинаково приспособлены к прочтению как кириллицей, так и латиницей. А вообще я увидел у себя на Отакара Яроша возле «Сильпо» отель с вывеской «Готель Мир» и взял это название себе.

Почему ты выпустил этот альбом под новым псевдонимом?

Я сделал сайд проект под названием ААААА, потому что это сильно отличается от всего, что выходит под именем Aleksei Podat. На сайд-проекте я планирую больше петь в открытую, и больше работать с текстами.

Ты впервые выпустил релиз на аналоговых носителях. Почему ты вырвался из диджитала и твой выбор пал на кассеты?

Диджитал меня по прежнему никуда не отпустил, на самом деле. Я решил, что в данном случае альбому подойдет такой формат. В “MIP” присутствует некоторая “песенность”, которая при прослушивании на кассетной ленте ощущается достаточно самобытно.

Чем ты вдохновлялся и как работал над альбомом?

Музыка у меня пишется длинными периодами, и, как правило, я не впитываю какие-либо вещи, пока что-то пишу. С технической стороны — в этом альбоме я использовал звуки своего голоса и своего окружения. Например, я живу в общежитии, поэтому у меня есть звуки душа, водопроводных труб, конфорок, балкона, скрипящих дверей, щеколд и так далее. Или, например, когда я стою в магазине в очереди за энергетиком, я могу записать все это на диктофон, а потом вычленить из этой аудиодорожки одну секунду и превратить её в какой-то звук, который мне подойдет для трека.

Как ты сам оцениваешь, насколько личным и рефлективным тебе удалось создать "МІР"?

Вся моя музыка и тексты являются очень личными, однако на этот раз я чувствую, что смог пересечь очередную границу своей внутренней смелости и коснуться темы собственной токсичности в отношениях с близкими людьми. Этот релиз является своеобразным «извини» перед людьми, которым я успел причинить боль в последнее время.

Какой слушатель у нового релиза? Допустим, ты собираешься выступать с этим материалом в клубах и на концертах?

Я уже разработал свою лайв-программу с этим проектом, так что надеюсь вскоре смогу спеть это все лицо в лицо. Что касается слушателя, то мне всегда затруднительно определять потребителя производимого мной контента. Возможно, это и к лучшему.

Твой другой релиз, который весной выйдет на лейбле Gin&Platonic, называется I REGRET EVERYTHING I HAVE EVER DONE ONLINE. О чем ты жалеешь во время своего пребывания в сети?

В первую очередь, я жалею о том, что достаточно много времени провел онлайн,  следя за тем, есть ли какой-то фидбек на мое творчество, гугля себя, тратя время на определение, что больше соберет лайков. Мне кажется, эта деятельность очень сильно пожирает меня изнутри.

Но ты продолжаешь следить?

Продолжаю, потому что в современном мире нет другого индикатора, который тебе скажет, что ты кому-то понравился за свою деятельность. Кроме лайка или репоста.

То есть твоя художественная ценность сведена к лайкам и репостам.

Твоя ценность, как производителя контента или художественного продукта, сведена именно к лайкам и репостам, и у тебя нет другого способа почувствовать себя признанным или услышанным, если ты не следишь за этими категориями.

Цель искусства для тебя — открыть трансцендентное?

Что в твоем представлении трансцендентное?

То, что за гранью нашего понимания. Место, которого никогда не существовало, в которое приводит нас определенная композиция или картина. Когда твои мысли останавливаются и голова становится абсолютно пустой.

В плане музыки я всегда произвожу то, что могу осознать. Просто я самому себе человеческим языком — русским, английским — не могу это объяснить. Но раз мое сознание это породило, значит, оно способно это как-то осознать, только вне границ языка. И за счет того, что я могу себя лишить языка, я лишаю себя многих проблем, которые с этим языком связаны. Поэтому я и чувствую себя лучше, свободнее и уверенней, когда пишу музыку.

Поделись своими самыми смелыми творческими планами на этот год.

Хочу очень много концертов, чтобы меня букировали всегда и везде. На техно-нетехно, хаус тусовки, не важно. Мне хочется играть свой материал большему количеству людей. Просто букируйте меня, пусть люди недовольны будут, но потерпят нойз между двумя блеклыми техно сетами. Хочу денег! [громко смеется]. Я хочу денег и не хочу играть техно. Скоро я выпускаю релиз на чешском лейбле Gin&Platonic. Название классное, джин просто обожаю. А если будет много концертов и альбомов, то мне уже ничего не нужно по жизни. Нет, еще компьютер хочу себе новый. Ещё у нас с моими друзьями из New Real Life (John Object, ivan skoryna, UV), возможно, будет свое радиошоу. Будем выступать и делать ремикстейпы. А еще хочу поднять свой скилл в вижуале, чтобы вообще все охуели. Это все мои планы.

Послушать искреннее пение и жесткий скрежет металла в новом релизе Алексея можно на Bandcamp и Soundcloud.

katacult_brave-factory2019_banner--1-